В знойный августовский вечер Макото застал Юи одну в пустом доме, где она тихо плакала над старым фотоальбомом их общего детства. Девушка больше не могла терпеть, как он утешает одноклассниц, и призналась, что перевелась в Ясухати лишь ради него, годами пряча любовь за обращением «братик». Растроганный её слезами, он притянул Юи ближе, их губы встретились в нерешительном поцелуе, который быстро стал жадным. Сорвав друг с друга форму, они сплелись прямо на татами гостиной: Макото ласкал её грудь и бёдра, а Юи, всхлипывая от наслаждения, направляла его внутрь себя. Их тела двигались в едином ритме под шум летнего дождя за окном, стирая грань между родственной близостью и плотской страстью, пока оба не достигли пика, шепча имена. После этого Юи уснула у него на груди, зная, что отныне принадлежит только ему.