Летним вечером после выпускного Макото вернулся домой раньше обычного и застал Юи одну на веранде. Она больше не прятала взгляда и прямо сказала, что перевелась в его школу лишь затем, чтобы быть рядом каждый день, а ревность к другим девушкам давно переросла в настоящую боль. Когда он обнял её, пытаясь успокоить, поцелуй вспыхнул сам собой. Юи дрожащими пальцами расстегнула его рубашку, а Макото медленно снял с неё лёгкое платье, касаясь знакомой с детства кожи уже совсем иначе. Они любили друг друга прямо на татами под шелест бамбука, долго и нежно, словно наверстывая все упущенные годы. Наутро Юи впервые назвала его не братом, а просто по имени, и Макото понял, что его сердце наконец остановило свой бег между чужими бедами и вернулось туда, где его ждали с самого начала.